Президентская библиотека – к 315-летию Полтавского сражения. Малоизвестные факты о Петре I и Карле XII

10 июля 2024

«Превеликой викторией» называл Пётр I победу в Полтавском сражении, в котором Россия «впервые проявила и осознала свою силу, скованную в течение многих веков». 8 июля (27 июля по старому стилю) исполняется 315 лет со дня крупнейшего боя Северной войны, который состоялся в шести верстах от города Полтавы между русскими войсками, возглавляемыми Петром I, и шведскими под предводительством Карла XII.

В честь победы русской армии под командованием Петра Первого над шведами в Полтавском сражении установлен День воинской славы России, который отмечается 10 июля. 

В начале XVIII века армия Швеции считалась главной военной силой в Европе. Король Карл XII был избалован победами. Его отличали храбрость, жажда подвига и настойчивость. Русского царя также отличали настойчивость и упорство, но вместе с тем порывистости Карла он мог «противопоставить осторожность, выдержанность и строгую обдуманность каждого из своих намерений и предприятий».

Для России начало Северной войны, которая длилась 21 год, ознаменовалось поражением в битве под Нарвой. Но как ни тяжело Петру было пережить эту неудачу, он не пал духом: «Я знаю, сказал он, шведы могут ещё раз, другой побить нас, но, наконец, и мы научимся их побеждать!». Эти слова оказались пророческими. Понимая, что войска ещё не готовы к решающему бою со шведами, Пётр избрал особый способ ведения военных действий: «чинить промысел над противником, не вступая с ним в генеральную битву, а действуя против него партиями, когда к тому представится удобный случай». В небольших стычках русские солдаты и офицеры на деле проходили боевую школу; мелкие победы поднимали ратный дух молодого войска, заставляли сомневаться в непобедимости шведов. Так, избегая вступать в решительный бой, Пётр сохранил свою армию до Полтавского боя и поселил в шведской армии недовольство и уныние. «Ничто так раздражительно не могло влиять на решительный и энергичный характер шведского короля, как подобный осторожный, но настойчивый образ действия Петра», – писал историк и педагог Иван Павловский в книге «Полтавская битва и её памятники» (1895). Наконец Пётр I, почти 9 лет избегая генеральной битвы с Карлом XII, решился атаковать его.

В апреле 1709 года шведские войска осадили город Полтаву. «Чтобы спасти крепость, Пётр сам надумал вступить в битву с шведским королём и придвинул свою армию на пятитивёрстное расстояние от Полтавы. Он теперь видел, что наступило самое удобное время для расчёта со шведами», – рассказывается в книге преподавателя Полтавской духовной семинарии Владимира Щеглова «Поле Полтавской битвы и её исторические памятники» (1895).

Русские войска расположились в укреплённом лагере, окружённом лесом. Командование первой дивизией, как сообщает раздел Президентской библиотеки «День в истории», Пётр взял на себя, кавалерия была поручена  Меншикову, командование артиллерией – возложено на Брюса.

Сам Пётр прибыл под Полтаву 4 июня. «Он открыл сообщение с осаждённым городом через реку, перебрасывая туда благодарственные и одобрительные письма в пустых бомбах. Одушевлённые надеждой, полтавцы клялись ни за что не сдаваться неприятелю», – рассказывает Владимир Щеглов в своей книге.

29 июня (по старому стилю), в день ангела царя Петра, была намечена атака шведской армии. Но 25 июня в русский лагерь прибыл перебежчик, доложивший, что 27 июня шведы предполагают атаковать русскую армию. «На начинающаго Бог», – промолвил спокойно царь, узнав эту новость, и стал делать последние приготовления к бою, от исхода которого зависела дальнейшая судьба России. «На предстоящий бой он смотрел как на „зело опасное дело“, как на решительное, неизбежное средство, к которому нужно прибегнуть для достижения желанной цели», – пишет историк Петр Андрианов в книге Пётр I и Полтава» (1909).

Наступило 27 июня 1709 года. В два часа, перед рассветом, шведы двинулись к русскому стану, воодушевлённые обещанием своего короля, что их ждёт «пир в шатре Московского Царя». «Он приготовил нам много кушанья… идите туда, куда ведёт вас слава», – призывал Карл XII. В это же самое время русские полки стояли в боевом порядке и благоговейно слушали знаменитый приказ своего царя: «Воины! Пришёл час, который решить должен судьбу Отечества, и вы не должны помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру вручённое, за род свой, за Отечество, за православную нашу веру и церковь».

После упорного боя шведам удалось овладеть только двумя передовыми редутами. К девяти часам утра обе армии сошлись на ружейный выстрел. Когда правый фланг шведской пехоты, воодушевляемый присутствием своего короля, потеснил назад батальоны Новгородского полка, Петр I сам, взяв второй батальон Преображенского полка, бросился навстречу шведам. Как писал Иван Павловский, «здесь, в пылу отчаянной битвы, сошлись великие противники лицом к лицу… Царь подвергал себя страшной опасности; на него со всех сторон сыпались пули. Одна пуля попала ему в седло, другая прострелила шляпу. Третья повредила крест, висевший на груди. Несмотря на это, могущественный царь нёсся вперёд: опасность не страшила его». Позже Александр Пушкин в поэме «Полтава» опишет Петра на поле этой битвы: «И он промчался пред полками, / Могущ и радостен как бой. / Он поле пожирал очами. / За ним вослед неслись толпой / Сии птенцы гнезда Петрова – / В пременах жребия земного, / В трудах державства и войны / Его товарищи, сыны...»

О победном финале этого крупнейшего сражения можно узнать из книги Александра Погосского «Нарва и Полтава» (1899): «Скоро шведы замешались и начали подаваться назад. В это время ядром пушечным разбило Карлову качалку (еще 16 июня, в свой день рождения, Карл был ранен в ногу. – Примеч. ред.), и король упал без памяти на землю. Когда его приподняли и посадили на скрещённые пики, он увидел, что полки его бегут в замешательстве, и закричал в отчаянии: „Шведы! Шведы!“ Но шведы уже не слышали своего короля и спешили найти спасение в позорном бегстве». Отступающих на следующий день настиг на Днепре отряд Александра Меншикова. Остатки шведской армии капитулировали. Сам Карл XII и гетман Мазепа с небольшим отрядом бежали в Османскую империю.

На месте, где только что раздавался яростный гул битвы, быстро была сооружена походная церковь. После молебна в раскинутых шатрах состоялся торжественный обед, куда были приглашены и пленные шведские генералы, которым Пётр приказал вернуть шпаги. При этом российский монарх не без иронии произнёс: «Вчера брат мой король Карл звал вас отобедать в моём шатре, но не сдержал своего королевского слова; мы за него исполним и приглашаем с нами откушать». Во время обеда Пётр, подняв кубок, провозгласил: «Пью за здоровье моего брата Карла!», а после этого поднял тост за своих учителей. «Кто же эти учителя?» – спросил первый министр и главнокомандующий Реншильд. «Вы, господа шведы», – ответил царь. «Хорошо же Ваше величество отблагодарили своих учителей», – с грустной улыбкой заметил пленный фельдмаршал.

В книге Александра Брикнера «История Петра Великого» (1882), с которой можно ознакомиться в фонде Президентской библиотеки, приводится уникальный документ – текст письма Петра I Екатерине, которое было написано тотчас после битвы: «Объявляю вам, что всемилостивый Господь неописанную победу над неприятелем нам сего дня даровати изволит; единым словом сказать, что вся неприятельская сила наголову побита, о чём сами от нас услышите. И для поздравления приезжайте сами сюды». И в следующие годы, как пишет Брикнер, Пётр и Екатерина часто поздравляли друг друга с годовщиной Полтавской битвы – «днём русского воскресенья» и «началом нашего спасения».

По словам Вольтера, приведённым в книге «История русской армии. Эпоха Петра Великого» (1910), «Полтавская победа – единственное во всей истории сражение, следствием которого было не разрушение, а счастье человечества, ибо оно предоставило Петру необходимый простор, чтобы идти дальше по пути преобразований».

А вот какую оценку Полтавской победе давал в своих «Публичных чтениях» (1903) известный историк Сергей Соловьев: «При громе Полтавской битвы родился для Европы, для общей европейской жизни новый великий народ; но и не один народ: при громе этой битвы родилось целое новое племя, племя славянское, нашедшее для себя достойного представителя, при помощи которого могло подняться для сильной и славной исторической жизни. В европейской истории наступила новая эпоха».